Новый премьер-министр Польши, объявив главным союзником страны США, а приоритетом — углубление связей с бывшими советскими республиками, раскритиковал проект «Северный поток-2». Он назвал его опасным для Центральной Европы и смертельным для Украины. Польша же, по его логике, опять будет страдать от ценового диктата. Прочная связь России и Германии невыгодна транзитным странам. Над способом заблокировать строительство газопровода работает и команда американского госсекретаря Рекса Тиллерсона. Дмитрий Лекух — о баталиях вокруг «Северного потока-2» и их исходе.

Безусловно трагическое по характеру исполнения соло новоиспеченного польского премьера пана Матеуша Моравецкого, внезапно озаботившегося судьбой братьев меньших, появилось отнюдь не случайно. И, столь же безусловно, направлено не в «защиту украинских интересов»: на самой, кстати, Украине про местную газотранспортную систему всё давно уже поняли и со всем смирились. А в заявлении польского премьер-министра наибольший интерес вызывает то, что оно отнюдь не «проукраинское» и «антироссийское», оно проамериканское и антигерманское. Причем проукраинские нотки в нем и проявляются-то исключительно, когда обращение окончательно сваливается в жанр доноса. Типа, «глядите, уважаемые американские хозяева, эти русские не только нашу польскую жизнь, они еще и игрушку вашу любимую тоже ломают».

Мы считаем, что «Северный поток-2» — очень вредный проект, угрожающий безопасности Центральной Европы. Это проект, который может быть смертельным для Украины, для нашего ближайшего соседа, — поведал миру пан Моравецкий.

Как-то внезапно позабыл он про истерический градус «добрососедских отношений», поражающий наблюдателей что с запада, что с востока. И, безусловно, слукавил.

Во-первых, потому что с Украиной давно все ясно, и ее ГТС в куда большей степени «прибивает» «Турецкий поток», чем новые нитки «Северного».

Во-вторых, этот проект, «спрямляющий» цепочку как географических, так и паразитарных, по сути, финансовых и как бы технологических посредников, энергобезопасность стран Европы не ослабляет, а, напротив, укрепляет. Меняется-то только логистика, поставщик в любом случае остается неизменным.

Все опасности, подлинные и мнимые, угрожающие взаимоотношениям поставщика в лице российского гиганта «Газпрома» и конечных потребителей, исходили исключительно от «посредников», то есть от тех стран-лимитрофов, которые сейчас больше всего возмущаются их отсеканием от трубы.

Но ни Россия, ни Германия, говоря простым языком, не нанимались платить ежегодную дань за транзит по ветшающим газопроводам принадлежащих им как «продавцу» и «покупателю» энергоносителей. По газопроводам, кстати, которые в свое время именно совместными усилиями российских и германских предприятий и были на территориях этих стран-лимитрофов построены.

И если условно Украина не захотела по чисто политическим соображениям работать «русским газовым хабом в Европе», то и Германия, и тем более Турция с удовольствием возьмут эту тяжкую миссию на себя. Особенно в текущих условиях, когда политика Российской Федерации в сфере торговли газом стала пусть многим и не симпатичной, но для большинства куда более понятной и логичной, пусть к общечеловеческому гуманизму и не имеет никакого отношения. Напротив, это очень жесткая и внятная бизнес-логика. Nothing personal, just business.

Ну и, наконец, в-третьих. Мы понимаем, почему об этом старательно молчат, допустим, польские и украинские СМИ, но почему молчат наши – совсем непонятно. Приходится обходиться германскими, которые обращают внимание на то, как хитро был подписан американцами «новый пакет санкций» по России. И он распространяется теперь только на проекты, которые будут начаты в конце января 2018 года. Следовательно, ни «Северный поток–2», вокруг которого была вся интрига, ни «Турецкий поток» под этот пакет уже не подпадает, на что немецкие экономические журналисты и напирают. Вот, кстати, и германская земля Передняя Померания в лице немецкого города Штральзунд, несмотря ни на что, вынесла разрешение на строительные работы по проекту российского газопровода «Северный поток-2» на шельфе в Балтийском море. Об этом заявил представитель министерства энергетики, инфраструктуры и цифровых технологий федеральной земли Мекленбург-Передняя Померания. Более того, как сообщает немецкая Deutsche Welle, «тайное разрешение» на строительство газопровода выдали еще 2 ноября. При этом управляющая компания проекта считает решение Штральзунда первым шагом к общегерманскому разрешению. Что германские СМИ, естественно, и ставят в заслугу прежде всего своим лоббистам, славно поработавшим на берегах Потомака.

Впрочем, по некоторым слухам, Вашингтон с самого начала понимал, что может именно по второй нитке «Северного потока» дать, что называется, задний ход. Потому как критичным «Северный поток» для них становится не со второй нитки, которая по факту просто заместит выпадающие украинские объемы (а как же интересы Украины, спросите вы меня: а никак, отвечу, дела индейцев шерифа не интересуют). А вот начиная с третьей, трубопровод будет вытеснять уже СПГ, в рынок которого американские «сланцы» таки пытаются встроиться. И вот они могут уже и намертво встать: впрочем, это уже дела внутриевропейские, и российских энергетиков в качестве «дел особой важности» уж совершенно точно не должны ни капельки волновать.

Количество природного газа даже в нашей гигантской и сверхбогатой стране все равно конечно. А его годовая добыча тем более ограничена абсолютными цифрами. И государству российскому, и российскому газовому бизнесу, безусловно, важно иметь гарантированные объемы именно трубопроводных поставок. Они хоть и более дешевые, но действительно гарантированные длинными контрактами. Но стратегически куда более актуальным для российских газодобытчиков является на сегодняшний момент все-таки СПГ. И циклопические стройки Ямала, та же Сабетта, — тому лучшая иллюстрация.

Но самое смешное, для российской газодобычи достаточное количество «длинных» трубопроводных контрактов гарантируется сейчас любым дополнительным направлением: Китай, замещение выпадающих объемов от потенциального разрыва контрактов с украинской ГТС, что через «Северный», что через «Турецкий» потоки. Та же пробная сейчас для гигантского китайского рынка «Сила Сибири» (это для нас «Сила Сибири» мегапроект, для китайской емкости рынка он – «пробничек») — это 38 млрд. кубов газа ежегодно, вполне сравнимо с «европейскими ветками». Та же первая нитка «Турецкого потока» обладает мощностью, к примеру, всего 15,75 млрд. кубометров в год. Обе нитки «Северного» потока – 55 млрд. кубов. При этом ни от кого не скрывается проект газопровода «Алтай», который способен увеличить пропускную способность китайского маршрута до 80 млрд. кубических метров в год. А все остальное можно даже куда более выгодно реализовывать через стремительно наращиваемую инфраструктуру СПГ. Просто для справки: выходящий сейчас постепенно на промышленно значимые объемы проект «Ямал-СПГ» в Сабетте предусматривает строительство завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) мощностью около 16,5 млн. тонн в год.

А так мощности по производству СПГ сейчас активно возводятся и на Сахалине, и на побережье Охотского моря: «премиальные» рынки юго-восточной Азии весьма привлекательны, а учитывая разветвленную внутреннюю российскую ГТС «перекинуть» туда часть европейских объемов может показаться весьма соблазнительным уже прямо сейчас.

Поэтому решение принималось, безусловно, не властями Передней Померании и даже не в Вашингтоне с подачи талантливых «немецких лоббистов». Решение это принималось, когда подписывалась «Сила Сибири» и только начинал прорабатываться западный маршрут. Когда начинали строить Сабетту. Ну, а когда произошло «замирение» с Эрдоганом и пошел «Турецкий поток», оно стало уже неизбежным. Потому как закончилась конкуренция с русскими и началась внутривидовая конкуренция за русский газ. А тут, знаете ли, уже не до сантиментов: без наличия сравнительно дешевого российского энергосырья сразу же встанет, к примеру, вся сверхпередовая немецкая электротехническая промышленность. И именно поэтому русские сейчас могут спать спокойно: немцы сейчас бьются не за русский «Северный поток», они бьются за свой козырный интерес.

А страны-посредники, страны-транзитеры, страны-паразиты тут, безусловно, проиграют. Да чего там: уже проиграли. И – да, именно потому они так беспокоятся и ругаются: на энергетической карте Европы сейчас намечается, так сказать, «большая оптимизация».  Нормальная бизнес-практика: наращиваем доходы, оптимизируем расходы, рубим хвосты, увеличиваем маржу. Ничего нового. А оптимизация не обходится без потерь, значит – время выбирать жертву. И кем, как вы думаете, тут пожертвуют старые экономики европейских стран?

Да что вы, вы действительно так думаете?! Ай-яй-яй. Ну, впрочем, мы тоже так думаем. Такие, простите, дела…

Дмитрий Лекух, RUPOSTERS