Турция или Сирия? Куда направится «Шелковый путь»?


Большая стройка Сирии

Международный конфликт в Сирии по-прежнему далёк от завершения, что стимулирует инвесторов вступить в борьбу за контракты по восстановлению инфраструктуры на территории арабской республики. 9 июля с.г., пока внимание СМИ было приковано к заявлению премьер-министр Ирака Хайдера аль-Абади об освобождении Мосула, в Пекине состоялось не менее значимое событие — Syria Day Expo, большая инвестиционная выставка, организованная посольством САР в КНР и Китайско-арабской ассоциацией по обменам, которая нацелена на привлечение китайских инвесторов в проекты по реконструкции Сирии. На мероприятии присутствовали более тысячи представителей китайского бизнеса, которые специализируются на инвестициях и строительстве инфраструктуры.

Как принято говорить в таких случаях, участники «сверили часы» в преддверии 59-ой Дамасской международной ярмарки, которая пройдёт в выставочном центре сирийской столицы с 17 по 26 августа. Дамаск готовится принять инвесторов из 30 арабских и зарубежных стран. А в сентябре с.г. в китайском Иньчуане (Нинся-Хуэйский автономный район) пройдёт новая выставка — China-Arab States Expo. Стороны дополняют друг друга: Дамаск получает инвестиции на восстановление разрушенных городов, а Пекин — обеспечивает загрузку национальных производственных мощностей, упреждая стагнацию экономики. В минувшем году Дамаск оценил ущерб от войны в $200 млрд. Понятно, что в первом полугодии 2017 года обозначенную сумму пора скорректировать в сторону увеличения.

Пекин явно не против. Вице-президент Китайско-арабской ассоциации по обменам Цинь Юн объявил, что КНР вложит $2 млрд в индустриальный парк Сирии, который в настоящее время объединяет порядка 150 компаний из Поднебесной. Впрочем, дело не ограничивается сугубо экономическими вопросами, поскольку внешних и внутренних игроков волнует контроль над коммуникациями в направлении Восточного Средиземноморья. По данным обозревателя Asia Times Пепе Эскобара, «Пекин уже принял решение: он будет работать в режиме нон-стоп для поддержки инфраструктурного триумвирата «Иран — Ирак — Сирия», который может стать ключевым хабом Нового Шелкового пути». Эксперт уточняет, что речь идёт о «контейнерных железнодорожных перевозках по линии Шанхай-Латакия». В качестве подтверждения Эскобар приводит заявление посла Сирии в Китае Имада Мустафы, который утверждает, что Китай, Россия и Иран получат приоритетные права на инфраструктурные проекты в САР после окончания войны. Эта позиция общеизвестна, её неоднократно озвучивал президент САР Башар Асад. Важно сейчас другое: как поведут себя в Вашингтоне и Анкаре? Едва ли натовские столицы заинтересованы в создании транспортного коридора к Средиземноморью через САР, который в долгосрочном плане укрепит позиции Пекина, Москвы и Тегерана.
Под гнётом «деэскалации»

Россия может повлиять на сирийскую политику США. Но для этого Кремлю необходимо отказаться от «зон деэскалации» как губительной дипломатической практики, которая фактически консервирует передел национальной территории САР на сферы влияния. Каким будет коридор КНР и ИРИ на Латакию, и будет ли он вообще, если мы сами позволяем Западу концентрировать военно-политические усилия на севере и юге САР? Ведь именно за это ратовали Кондолиза Райс и Роберт Гейтс, когда в октябре 2015 года призывали создать «бесполетные зоны», чтобы«ограничить влияние Владимира Путина на Ближнем Востоке». То есть они намеревались реализовать в Сирии ливийский сценарий. И в Астане у американцев это почти получилось. Тегеран не скрывает свою озабоченность: по итогам переговоров со специальным посланником президента России по сирийскому урегулированию Александром Лаврентьевым, которые состоялись сразу после переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа в Гамбурге (7 июля), секретарь Высшего совета национальной безопасности ИРИ Али Шамхани отметил, что «любое соглашение по сирийскому конфликту не должно служить основанием для распада Сирии, подтвердив позицию Тегерана о необходимости уважения суверенитета САР», уточняет Teheran Times.

Пока ситуация развивается в пользу НАТО. В этой связи египетский политолог Амр Элдиб резонно полагает, что «важность подписанного в начале мая 2017 года договора (меморандум о зонах деэскалации — С.Ц.), помимо создания зон деэскалации, заключалась также и в том, что Турция смогла закрепить свое военное присутствие на севере Сирии, а США приумножили численность своей армии на сирийской земле». Региональные союзники Вашингтона уже оценили «заботу» своего патрона, который делает ставку на усиление Эр-Рияда и Анкары, но никак не Тель-Авива. «Израиль выступает против расширения зон прекращения огня, таккак это позволит Ирану усилить свое военное присутствие в центре и на юге Сирии. Примечательно, что переговоры о расширении зон прекращения огня будут проходить 1−2 августа 2017 года в Иране», — цитирует Элдиба экспертная трибуна «Реалист». Если Пентагон смягчит свою позицию по отношению к Тегерану, то найдёт поддержку в Пекине и Москве, но рассердит Лондон, для которого приоритетом служит транспортный коридор КНР через Турцию, лишенный российского влияния.
Железная дорога «Исламабад — Тегеран — Стамбул» как обходной манёвр

Китай лавирует, играя одновременно на разных направлениях. С одной стороны, он посылает позитивные сигналы Дамаску и Москве, рассчитывая (пусть пока негласно) на коридор к Средиземному морю через Латакию. А с другой — поддерживает Пакистан и Иран в деле развития железнодорожного коридора «Исламабад — Тегеран — Стамбул», первый поезд которого был запущен ещё в августе 2009 года. Тем более что юридическая база проекта готова — в августе 2016 года Пакистан, Иран и Турция проработали детали Рамочного соглашения по транзитному транспорту (Transit Transport Framework Agreement, TTFA), которое открывает путь для строительства как железной, так и автомобильной дороги «Исламабад-Тегеран-Стамбул».

Таким образом Пекин инкорпорирует экономический коридор Китай — Пакистан на средневосточный маршрут, ещё больше завязываясь на турецкое направление. Сюда же укладывается и железная дорога «Карс — Ыгдыр — Нахичевань», куда Анкара пытается завлечь Тегеран. Лед тронулся. 16 июля с.г. делегация иранских железнодорожников посетила Исламабад, где договорилась с пакистанцами о модернизации железной дороги Кветта — Тафтан, контейнерный поток по которой планируется выводить на юг ИРИ — в Захедан. Отсюда и проистекает смысл двусторонних переговоров Ирана о зоне свободной торговли с Пакистаном и Турцией, которые на практике оказываются многосторонними.

Логика вырисовывается следующая: чем слабее позиции России в Сирии, тем сильнее Китай стимулирует активность Ирана на турецком направлении. Пора делать выводы.

Саркис Цатурян, ИА REGNUM

Метки по теме: ; ; ; ; ;