В течение июля подразделения Сирийской арабской армии вернули под свой контроль порядка 40 нефтяных вышек, которые расположены на территории провинции Ракка и которые в последние годы находились под хозяйственным контролем боевиков из «Исламского государства» (ИГ, ИГИЛ, структура запрещена в РФ – ред.).

Это говорит о том, что Дамаск благодаря поддержке ВКС РФ продолжает возвращать под свой контроль главные инфраструктурные объекты «экономики» ИГ, где нефть играет одну из главных ролей, поскольку если не считать спонсорскую помощь, то продажа нефтепродуктов в последние три года является основным источником валютного дохода террористов в Сирии и Ираке.

Такая политика Дамаска не удивительна, поскольку задача возвращения контроля над нефтяными объектами в провинциях Ракка и Дейр-эз-Зор была поставлена давно, хотя на практике она идет не просто, поскольку в эти пункты продолжает постоянно пребывать пополнение из-под Мосула, а успехи сирийских военных напрямую зависят от уровня поддержки со стороны ВКС РФ.

Другой вопрос, не надо забывать про то, что ИГ, безусловно, является фактором дестабилизации в Сирии номер 1, и тот факт, что террористы постепенно лишаются экономической базы, не может не радовать и не настраивать на позитивный лад. Ведь можно очень долго говорить о помощи ИГ со стороны зарубежных спонсоров, но именно нефть позволяла террористам изображать из себя квазигосударство и говорить о том, что оно обладает эффективной экономикой.

Эксперт Института Ближнего Востока Сергей Балмасов в разговоре с ФБА «Экономика сегодня» отметил, что очень сложно говорить о влиянии фактора нефти на существование ИГ.

«Контрабанда нефти всегда называлась только одним из источников доходов ИГ, и никто, кроме самих боевиков, не знает, какое место в доходной части этой террористической организации, она действительно занимала и занимает. Здесь назывались только ориентировочные цифры, по которым нельзя составить полноценную картину по нефтяным доходам ИГ», — заключает Балмасов.

Существовала информация, что руководство ИГ зарабатывает на контрабанде нефти в Турцию и другие окрестные страны от 1 до 3 млн долларов в день, и надо признать, что эта сумма, в любом случае, меньше тех объемов, которые необходимы для функционирования такой масштабной структуры.

«Кроме того, существуют подозрения, что вся информация о «доходах ИГ» вполне намеренно раздувалась мировыми СМИ, особенно из числа стран Персидского залива с целью отвести внимание от главного источника финансирования этой террористической организации, который заключался в так называемых «частных переводах», — констатирует Балмасов.

Эту информацию, например, подтверждает и факт дипломатического конфликта между Катаром и Саудовской Аравией, в рамках которого Эр-Рияд обвинил Доху в финансовой поддержке ИГ.

Естественно, причиной этого конфликта является отнюдь не чья-то работа с ИГ, но и эта стилистика говорит о том, что и у саудовцев, и у катарцев есть прямые основания обвинять друг друга в поддержке данной террористической организации, и это свидетельствует здесь о многом.

«Согласно неофициальным данным такие «инвестиции» занимали более 50 процентов в доходной части «Исламского государства». К этому можно добавить продажу продовольствия, а также налогооблажение, введенные в ИГ в некоторых подконтрольных ей областях Сирии и Ирака, и это показывает, что контрабанда нефти в доходной структуре террористов играла существенную, но не основную роль, как это сегодня часто принято говорить», — резюмирует Балмасов.

К тому же, как замечает Сергей Станиславович, ВКС РФ – в первую очередь, а также ВВС США с помощью своих авиаударов очень сильно подорвали нефтяной бизнес боевиков.

«Ведь контролировать месторождения – это одно, а доставлять нефть до места назначения – это совсем другое, и эта логистика была уничтожена с помощью авиаударов. По этой причине стоимость доставки нефти для ИГ существенно возросла, и это, учитывая мировые цены, снизило общую рентабельность данного бизнеса до минимальных уровней», — заключает Баламсов.

Также не нужно забывать про то, что явление «Исламского государства» заключается не только в том, что здесь крутятся миллиарды долларов, полученные ИГ от нефти и от спонсоров.

«Основной причиной текущей ситуации являются действия США в Ираке, поскольку в результате вторжения НАТО суннитское меньшинство, которое правило в этой стране при Саддаме Хуссейне, стало притесняемым и гонимым. После этого то, что стало ИГ, начало образовываться, в том числе из бывших членов иракского отделения партии БААС(не забывает, что эта организация до сих правит в Сирии) и бывших военных Иракской армии. После чего данное образование начало привлекать внимание исламских экстремистов со всего мира», — констатирует Балмасов.

Учитывая тот факт, что сегодня все противоречия в Ираке только увеличиваются – шииты и курды продолжают активно мстить за притеснения при Хуссейне, а сама война с ИГ идет с характерным признаком этнического и религиозного подтекста, и это, естественно, чрезвычайно плохо.

Все это говорит о том, что с уничтожением экономики или подразделений ИГ проблема не будет решена, и в будущем может разгореться снова. Сирия – это не Ирак, но и здесь есть этнические и культурные противоречия, на которые оказывает активное влияние иракская ситуация.

Дмитрий Сикорский, ФБА «Экономика сегодня»

Метки по теме: ; ; ; ; ; ;