На днях должен состояться давно готовившийся, но уже дважды срывавшийся визит в Москву главы британского внешнеполитического ведомства Бориса Джонсона. Традиционно и поведение экстравагантного министра, и вообще всё, что сопряжено с внешней политикой в Лондоне, заранее обросло различными проявлениями знаменитого британского юмора, порой выходившими за рамки дипломатического этикета.

Так, член парламента Крис Брайант опубликовал в The Times открытое письмо к Джонсону с рекомендациями по бытовому поведению во время пребывания в Москве. Брайант советует главе Foreign office не ездить одному в лифте, не брать с собой мобильный телефон или любое другое устройство с выходом в интернет, чтобы туда не вставили «жучок», быть осторожней с едой и напитками, поскольку британские министры уже якобы получали отравления в Москве, хотя ели и пили то же, что и остальная делегация.

«И, на всякий случай, вам не нужно опрокидывать каждую рюмку водки или ввязываться в соревнования с напитками, какое бы ложное дружелюбие не витало в воздухе. Цель будет заключаться в том, чтобы выбить вас из колеи», — рекомендует парламентарий министру. Ну и главное — «не стесняться говорить о насущных проблемах России».

Вообще сам Борис Джонсон в интервью Sunday Times утверждает, что он едет в Москву в первую очередь для того, чтобы обсудить ситуацию в Сирии. «Мы намерены настойчиво пытаться понять, как русские видят политическое решение для Сирии, посмотреть, как мы можем получить импульс для продвижения в этом вопросе». Так что ни о каких «насущных проблемах России» и речи быть не может. Тем более что вряд ли таковые могут быть предметом для обсуждения с британским министром, пусть даже и иностранных дел.

Но, с другой стороны, это старая и традиционная англосаксонская тактика «делать дела на континенте». Джонсон вспоминает о Крыме, о «поведении русских на Балканах», а начальник Генштаба и будущий глава военного комитета НАТО Стюарт Пич рассказывает уже несвежий анекдот об «угрозе подводным кабелям» со стороны российского ВМФ и почему-то на этом основании требует принять британский аналог «акта Магницкого».

Это называется «тактика увязывания». То есть перед началом переговоров контрагенту (в данном случае — России) выкатывают набор бессистемных претензий и угроз из совершенно разных сторон жизни, никак не связанных с реальной повесткой переговоров. Подводные кабели, Балканы и всё такое к послевоенному устройству в Сирии отношения не имеют. Но так с незапамятных времен ведет себя англосаксонская дипломатия.

При этом сам Лондон никакой ответственности за свое собственное поведение нести не желает. Британская столица превратилась в отстойник, в котором скапливаются аферисты, мошенники и международные террористы (мы ведь помним об Ахмеде Закаеве), и британское правосудие отказывается их выдавать. Зачем-то эта колония «беженцев» нужна — видимо, «на черный день». Если же их поведение начинает чем-то не устраивать или с них уже не сорвать клок шерсти, они странно умирают, как Березовский, Патаркацишвили, Литвиненко. И концов никто не найдет по старой британской традиции, включающей и гибель принцессы Дианы.

Такое впечатление, что в этих самых традициях британской дипломатии, особенно в отношении России, ничего не меняется уже 100–150 лет. Во второй половине XIX — начале XX века точно так же в Лондоне сгруппировалась кучка товарищей, упорно и сознательно расшатывавшая государственные устои и образ жизни своей исторической Родины — Российской империи. Точно так же тогда правительство Ее Величества формально не имело к этому никакого отношения, просто как бы очень гуманно предоставляло право проживания и работы несчастным революционным беженцам. А потом они вернулись в Россию на уже подготовленную почву разрушать до основания.

В таком контексте юмористические рекомендации Борису Джонсону, как себя вести в Москве, так же как и попытки привязать обсуждение позиций по сирийской проблематике с кабелями и Черногорией не выглядят столь безобидными. Отношения между Москвой и Лондоном сейчас едва ли не на самой низшей точке за последние 30 лет, и британской дипломатии было бы неплохо сделать некие самостоятельные шаги навстречу, а не просто вульгарно (британский правящий класс не выносит вульгарности в поведении, не так ли?) требовать неосуществимого, типа пересмотра истории.

Москва традиционно стремиться не нагнетать, но в каком-то момент, если поведение англосаксов не изменится, можно ведь и свой «акт Закаева», например, принять. Да, Борис Джонсон не профессиональный дипломат и его поведение часто входит за рамки этикета, но в Foreign office достаточно специалистов, умеющих просчитывать ходы. А с нынешней российской дипломатией «тактика увязывания» уже давно не работает.

Евений Крутиков, газета «Известия»